Category: общество

левое мировоззрение, или во что верят левые, но не признаются.(обновляется)

левое мировоззрение, или во что верят левые, но не признаются.

привет!

Коротко:
1. Государство - Бог!
2. Свободы воли не существует, а если люди что то и делают что то - то это плохо,
всякая попытка воспользоватся свободой - это плохо.
3. Они - виноваты.

хм. и все?

Развернуто.
1. Государство - Бог!
то есть,
левые верят в государство ровно (ну почти) так же как верят верующие в бога.
государство все может, все умеет, оно не непогрешимо.
ошибочность действий государства даже не рассматривается.
следствие-
ответ на любое хочу - государство, подразумевается автоматически!
примеры:
оружие тебе не нужно, государство обеспечивает безопасность.

Медицина - разумеется должна быт государсвенной! -
(какие могут тут быть сомнения?)



2. Свободы воли не существует, а если люди что то и делают что то - то это плохо.
то есть,
любые действия людей объясняются волевым действием других сил.
следствие-
ответственности не существует.
всегда можно объяснить действие/бездействие через влияние других.

люди что то и делают что то - то это плохо:
следствие -
- борьба с всемирным потеплением -
виновны люди,
решение - запретить всю деятельность!

всякая попытка воспользоватся свободой - это плохо
оружие это плохо!
по двум причинам:
это ставит под сомнение бога(государство)
так как свободы воли не существует -
как только оружие попадет вам в руки вы начнете всех убивать...


это также ответ на вопрос почему левые так легко Лгут.
дело в том что говоря правду - мы предполагаем что люди предпримут
правильные действия (дла нас) рационально!
в противном случае мы будем лгать, или промолчим.
для тех кто отвергает рациональность, и свободу воли как принцип -
всякое взаимодействие - это кривлянье с целью воздействия.
разумность субъекта - не учитывается, игнорируется.



примеры:
наказание не действует!
(например на учеников)
что эта фраза означает? что те кого мы наказываем - животные на типа аллигаторов которых невозможно обучить?,
ах - да, у людей нет свободы воли! они таки животные - аллигаторы!

оружие не останавливает преступность!

(грабители, насильники и убийцы также легко нападают на вооруженных людей как и на безоружных!
мы ведь знаем что свободы воли у них нет!, аллигаторы ЖЕ!)



3. Они - виноваты.
кто они?
определяет цвет:
если виновные:
другой расы - это расизм
другой национальности - это нацизм
капиталисты - это коммунизм
мужчины - это .........
ну а если корень всех зол на планете -
Трамп - это антитрампизм!

Они виноваты - это прямое следствие - "свободы воли не существует".

что сознание — это модель, которую наш мозг строит для нашего внимания.

https://habr.com/ru/company/oleg-bunin/blog/476110/
Зачем айтишнику личный бренд



Слово «бренд» часто связывают с материальной выгодой. HR-бренд позволяет эффективнее нанимать, а личный бренд — наниматься. А еще у личного бренда есть одно неочевидное преимущество, которое никак не связано с качеством/посылом/стратегией личного бренда. Неважно, знают вас как щепетильного перфекциониста или любителя хайпа, вы получаете свои плюшки и становитесь лучшим программистом.



Под катом бытовая нейрофизиология для айтишников и традиционно ошибающийся здравый смысл.

Последние 20 лет большую часть времени я пишу код, помогаю другим людям писать код, иногда рассказываю со сцены, как писать код, или вообще организую конференции о том, как писать код.

Вы, наверное, заметили, последние несколько лет стали популярны такие слова как «devrel», «личный бренд», «HR-бренд». Целая секция на фестивале РИТ++ посвящена работе devrel’а и тому, как им общаться с разработчиками. Эта статья написана по следам моего выступления там, есть видео, если больше любите слушать, чем читать.

Что такого особенного в разработчиках, почему с нами нужно общаться особенным образом? Почему у нас нет, например, отдельного менеджер-relations, строитель-relations, электрик-relations, а вот developer relations есть?

Когда говорят про личный бренд, возникает огромное количество споров, нужен ли он разработчику. Это же надо время тратить, ходить куда-то, выступать — вместо того, чтобы все это время фигачить.

Мое хобби — нейрофизиология, и как программисту мне очень тяжело оперировать абстрактными социальными понятиями вроде «вдохновение», «признание», «самореализация». Мне гораздо проще говорить про правый височно-теменной узел. Поэтому сначала я поделюсь современными гипотезами о том, как вообще работает наше сознание. Потом попробую показать, чем особенны программисты, и объяснить, почему нам действительно нужен devrel и личный бренд, а, например, малярам не нужен — им и так хорошо.

Гипотезы работы сознания


Последние 100 лет ученые не занимались человеческим сознанием. Это была табуированная тема, потому что мозг реально сложный. Как он реализует наше сознание — вообще непонятно. Может, там душа и квантовые механизмы, может, это приемник для высшего разума.

Но несколько десятилетий назад у нас появилась МРТ, а потом ФМРТ, и процесс сдвинулся с мертвой точки. Стало возможным заглянуть в работающий мозг живого человека, чтобы хоть что-то понять о его устройстве.

Global workspace theory


В 1988 году была сформулирована одна из первых и самых простых гипотез работы сознания, которая называется Global workspace theory. На самом деле она ничего не объясняет, а просто «показывает пальцем на волшебника». На вопрос, а как этот волшебник делает фокус, гипотеза отвечает, что фокус делается волшебником, и все. Секрет фокуса по-прежнему не раскрывается.

Если в двух словах, Global workspace theory подмечает, что в мозгу много всяких разных штук, которые работают по отдельности, а сознание у нас цельное. Наверное, в мозгу есть какой-то механизм синхронизации этих работающих по отдельности штук. Этот механизм синхронизации с точки зрения Global workspace theory и есть наше сознание.

Почему оно такое, почему сознания нет у компьютера или канализационной системы, где тоже много независимо действующих, но синхронизированных механизмов, Global workspace theory не рассказывает.

Integrated information theory


В 2004 году с целью уточнить прошлую гипотезу появилась Integrated information theory. Она точно также указывает пальцем на волшебника, но чуть более точно: «Волшебник сидит там». Авторы Integrated information theory говорят, что в мозгу не просто много разных независимых частей, которые работают вместе, но вся информация интегрирована: мозг всё хранит и работает ассоциативно. Когда я смотрю на кого-то, у меня возникают ассоциации с десятками тысяч лиц и поведений людей. Когда сложная система подобным образом обрабатывает ассоциативную информацию, то в ней возникает то, что называется сознанием.

Как и в прошлый раз, гипотеза показывает пальцем на волшебника, но не рассказывает, как именно волшебник делает трюк, почему мы себя осознаем.

Attention schema theory


Меньше десяти лет назад, в 2009 появилась еще одна гипотеза. Её автор —очень интересный нейрофизиолог: успешный детский писатель, успешный писатель-фантаст, психолог по первому образованию, нейрофизиолог по второму, композитор. Он внес большую лепту в две другие гипотезы, после чего научное сообщество его невзлюбило, и сейчас он немного в опале. Майкл Грациано возглавляет лабораторию нейрофизиологии в Принстонском университете, где и сформулировал любопытную гипотезу о том, как работает наше сознание. В отличие от десятка других гипотез она не указывает пальцем на волшебника, а пытается объяснить магический фокус.

Скажу честно, мне, как разработчику, в целом все равно, верна ли его гипотеза — рисуется ли наше сознание мозгом, или где-то есть бессмертная душа, или мозг — это просто приемник к какому-то космическому излучению высшего разума. Мне интересно любое объяснение, которое можно практически использовать, которое дает мне советы, как обучать разработчиков, как нанимать разработчиков, где искать разработчиков и зачем разработчику личный бренд.

Attention schema theory вкратце:


  • Body schema строится мозгом по данным от сенсоров тела.

  • Изменение body schema управляет положением тела.

  • Attention schema строится мозгом по данным от внимания.

  • Изменение attention schema переключает внимание.

  • Мозг строит body и attention schema для других людей.


Объясню, что все это значит, чуть подробнее. Гипотеза начинается с наблюдения, что наш мозг строит несколько моделей, среди них — модель нашего тела (body schema). Мозг постоянно получает информацию с сенсоров от мышц и костей, и в каждый момент времени обладает точной моделью тела человека.

Эта модель постоянно обновляется и работает в обе стороны. Когда я хочу подвигать рукой, я не даю команды отдельным мышцам. Вместо этого срабатывает любопытный механизм: я сознательно меняю модель положения руки в своем мозгу, и отдельная машинерия, которая не транслируется в сознание, отслеживает изменение и начинает отсылать команды мышцам, собирать информацию о том, куда на самом деле двинулась рука, и корректировать ее положение так, чтобы рука двигалась ровно туда, куда я двигаю свою модель.

Точно также работают наши программы: программа внутри меняет состояние объекта, например, окошка, операционная система это видит и меняет положение отрисованного окна. Точно также моя рука с небольшим запозданием двигается за изменением модели моей руки в мозгу.

Создатель Attention schema theory до этого много лет изучал, какие вообще модели строит мозг, в том числе модель тела и модель цвета. К примеру, мозг представляет белый цвет в виде сильно упрощенной модели, потому что на самом деле в белом цвете есть все длины волн, но с точки зрения модели мы его осознаем как отсутствие цвета. Это неправильная модель, но для мозга она удобна.

Мозг строит упрощенные физические модели. Наше представление о физике почти как в мультиках, потому что нашему мозгу удобно работать в простой модели окружающего пространства. И ученый предположил, что наше сознание, наша душа, наша свобода воли — это тоже модель для какого-то физического процесса, происходящего в мозгу.

Философы, рассуждая, что такое человеческое сознание, растекаются мыслью по древу, рисуют фантастические картины, замки на воде и в облаках. Но если этим заниматься научно, то оказывается, что не все так непонятно.

К примеру, есть такой феномен, как бинокулярное соперничество: если человека хорошо зафиксировать, левому глазу показать одну картинку, а правому — другую, то подопытный будет одновременно осознавать только одно из этих изображений, и оно будет сменяться примерно каждые 2 секунды, вслед за «уставанием» того или иного пути в мозгу. Для такой ситуации можно дать следующее определение сознанию: сознание (осознавание) — это то самое, что определяет, про какую из двух картинок человек в данный момент времени может голосом сказать, что он ее «видит».
Майкл Грациано проводил эксперименты и предположил, что сознание — это модель, которую наш мозг строит для нашего внимания.
В мозгу есть физиологический процесс внимания. Это то, как мы среди огромного количества активных нейронных ансамблей выбираем те, что имеют для нас наибольший приоритет. Внимание обычно сосредоточено на чем-то одном.

После долгих исследований, как именно работает наше сознание, ученый предположил, что модель нашего внимания — точно такая же модель как та, что мозг строит для тела. И точно также эта модель работать в обе стороны. Когда мы проявляем свободу воли, то есть, например, я выбираю перевести внимание с одного человека на другого, я меняю модель в своем мозгу. Вслед за моделью меняется физический процесс соперничества нейронных ансамблей сдвигается (не спрашивайте меня как — гипотезе десяток лет от роду), а дальше уже мозг, привычный к тому, что если поменялось внимание, нужно сдвинуть голову, поворачивает голову куда надо.

Самое для нас интересное, что приносит нам пользу и позволяет связать внимание с личным брендом и вопросами по разработке, — мозг строит модель тела и внимания не только для нас любимых, но и для окружающих людей.

Считается, что люди — социальные существа. Все достижения цивилизации появились благодаря тому, что мы общаемся друг с другом. При этом с моделями для себя и для других вопрос «курицы и яйца» остается открытым: когда ребенок рождается и видит вокруг других людей, он вначале строит модель своего внимания, а потом замечает, что существа вокруг ведут себя примерно также, и начинает строить упрощенные модели их внимания. Либо же ребенок вначале строит модели внимания для других людей, а уже потом использует этот же механизм для себя.

В любом случае эксперименты и наблюдения показывают, что мы постоянно строим модели внимания окружающих людей точно так же, как строим эту модель для себя.

Интересные нам выводы


Если подвести сухой остаток, то первое, что нам важно: attention и body модели, которые строит мозг, — это не текущий слепок, но еще и исторические данные. Модель тела, которая есть в моем мозгу, — это вся моя память о том, как мое тело вообще двигается и двигалось за все мою жизнь. Это легко проверить тем, что, например, у человека, лишившегося руки, в его модели тела еще долгие годы будет «фантом» потерянной конечности.

Точно также модель внимания — это не просто «текущее внимание». Это вся историческая информация, как вообще перемещается внимание, что происходит при переключении с одной мысли на другую, с одного ощущения на другое.

Второе, что важно, — мозг действует ситуационно. В какой ситуации обучается модель, в такой ситуации и применяется. Программист, который два года читал книжки, а потом садится писать код, с одной стороны, все знает. Модель его внимания содержит огромный массив печатной информации, но для того, чтобы взять клавиатуру и набрать на ней работающий код, обученных моделей еще нет.

Человек, который 10 лет занимался боевыми искусствами в зале, выйдя на улицу и попав под раздачу гопников, может не справиться с ними просто потому, что привык бороться в зале. У его мозга есть разные модели поведения в зале, а на улице он находится в совершенно другой ситуации.

Когда человек тренируется выступать перед зеркалом, а потом-таки выходит на сцену, то он попадает в совсем другую социальную ситуацию, и закрепленные модели поведения мало чем помогают.

Attention и body модели обучаются очень медленно. Поменять модель своего внимания и освоить новый навык — публичных выступлений, слепой печати, программирования — занимает не меньше времени, чем поменять модель тела и научиться, например, играть на гитаре. Это месяцы, годы — long term potentiation не просто так называется «long term».

Сложности с разработкой


Давайте посмотрим, как эти знания помогут в программировании и построении личного бренда.

Кстати, какие вообще в программировании проблемы? Может быть, с программированием все хорошо, а личный бренд не нужен?


К сожалению, в программировании есть большое количество проблем.

На мой взгляд, главная проблема — это отсутствие фундаментального образования. Мы не просто сверхсоциальные зверушки, мы любим строить модели одна над другой, надстраивать их поверх выученного за годы фундамента, почти как на иллюстрации выше. Ребенок в детском саду учится считать, потом в школе изучает математику, а дальше в университете становится, к примеру, электриком. Следующие, более сложные знания строятся на фундаменте предыдущих.

У программирования нет такого фундамента.
Программирование — это фантомная инженерия, где мы строим несуществующие инженерные конструкции в придуманном нами мире по придуманным физическим законам. Нет базиса, на который все это можно натянуть.
Казалось, что логично делать программистов из инженеров: в целом конструкции инженерные, и можно инженера где-нибудь курса со второго учить на программиста. На практике оказалось то же самое, что учить с нуля.

Потом подумали: в программировании есть плюс, минус, разделить, умножить, иногда даже корень — давайте будем математиков учить на программистов — вот же готовый фундамент. Но нет — снова как с нуля. Знание математики не особо помогает возводить фантомные мосты в мире придуманных физических законов.

У нас нет высших учебных заведений, которые предсказуемо выпускают программистов. Нет фундаментального образования, поэтому нельзя предсказуемо нанимать программистов, как можно предсказуемо нанимать электриков. Нет такого диплома, который бы гарантировал, что его обладатель программист, который может писать на React, Vue и бэкенд на Python/Elixir/Lua. Мы — самоучки.

Более того, нашей профессиональной области в смысле массового производства всего лет 20. Поэтому у нас до сих пор нет понимания, как правильно разрабатывать софт. Разработчики на уровне средневековых алхимиков пытаются смешивать разные технологии, иногда оно булькает, иногда взрывается, а иногда пример со Stack Overflow кладет всю инфраструктуру, и остается совершенно непонятным, почему же упал nginx.

Невозможно предсказуемо обучить программиста фиксированному стеку, и потом сказать: «Теперь Python + React разработчиков нанимаем из этого университета. Спрашиваем на собеседовании результат выпускного экзамена и можем быть уверены, что человек может писать софт и решать бизнес задачи. Все хорошо, дайте 20 человек!»

К сожалению, такого вуза нет, и приходится страдать и нанимать самоучек, которые к тому же находятся в информационных пузырях, заботливо созданных поисковыми системами и «стеками технологий».

Я выступаю на конференциях, связанных с Python-разработкой, с фронтендом, все больше узнаю нового в Python и JavaScript и все меньше, например, в Lua или Erlang. Я нахожусь в информационном пузыре. А потом приходит прокрастинация и говорит, что в таком состоянии будет замечательно отложить работу на завтра, перепоручить ее себе в будущем. «Я в будущем» — это очень удобный персонаж, он не может отказаться.

Есть много способов борьбы с этими проблемами и один из них — личный бренд.

Личный бренд


Личный бренд — это, когда о вас знают другие разработчики. Для интровертов и социофобов это не очень комфортно. Например, они здороваются с вами при личной встрече на конференции, а вы с трудом можете их узнать, потому что мозг забит кодом. Например, я помню, как 22 года назад писал код на Visual Basic, а как зовут половину из знакомых участников конференции, не помню.

Но раз это некомфортно, зачем вообще развивать какой-то личный бренд? Чем пригодится программисту то, что другие программисты о нем знают?

Социальные обязательства


Чтобы ответить, вспомним, что мы постоянно строим модели внимания для себя и для других людей. Это фундаментальный механизм, который создает нашу личность и который моделирует личности других людей, и мы можем его использовать.

Люди считаются социальными существами не потому, что так написано в учебниках, а как раз по тому, что основная машинерия нашего мозга, которая рисует нашу личность, сознание, душу, используется для создания упрощенных моделей сознания, внимания, личности других людей. Это базовый механизм.

Благодаря этому базовому механизму, наша модель внимания уже обучена, что социум — это важно. Когда мы что-то хотим или не хотим делать, например, не хотим работать, а хотим смотреть ютуб, происходящее зависит от тех моделей, которым мы обучились. Если взять на себя социальные обязательства, например, подать заявку выступить на Moscow Python Conf ++, то модель поведения окажется в новой социальной ситуации. Модель считает, что успех или провал в случае социальных обязательств связан с самым важным, что вообще есть в нашей жизни — с социальностью.

Это «важно — неважно» не всегда транслируется в сознании. Можно сознательно считать себя интровертом и думать, что другие люди не нужны и их мнение неважно. Но механизм, с помощью которого мы рисуем нашу личность, не может быть для нас «неважным» — это базовый механизм.

Если на конференции мы слышим: «React — Vue — React — Vue — React…», то начинаем догадываться, что Angular, который мы используем в своих проектах уже несколько лет, — возможно не лучшая технология. За десятки лет жизни мозг научился моделировать внимание других людей, и автоматически помечает такую информацию как «важную» (по крайней мере, некоторые гипотезы так предполагают. А как оно «на самом деле» мы пока не знаем, потому что мозг — сложный).
Внимание других людей, то, что они говорят, для нас всегда важнее, чем то, что мы читаем.
Общение, взаимодействие с другими людьми, когда мы обещаем что-то, для нас важно по умолчанию просто потому, что это базовый механизм работы нашего мозга.

Это очень хорошо помогает справиться с прокрастинацией. Если уже несколько лет не можешь начать учить английский язык (или освоить Vue, Elixir, Erlang, Tarantool) — все, что надо сделать, это публично сказать: «Через полгода выступаю на конференции с этой темой» или «Опубликую статью на Хабре». Всё — дальше модель внимания, оказывается в ситуации, что это очень важно, и уже не хотет читать ВК, а хочет готовиться к докладу. Возникает желание что-то делать, потому что страх позора двигает нас вперед.

Очень важно этот механизм не сломать. Есть такие люди, которые обещают что-то и сливаются, обещают и сливаются, обещают и сливаются. Сломать механизм, который строился с самого детства, тяжело, но если много сотен раз обещать другим людям и постоянно не выполнять свои обещания, то модели перестроятся. Мозг очень гибкий, наше сознание адаптивно — если все время срывать обещания, то станешь тем самым «супергероем на букву М» и потеряешь возможность по щелчку пальцев получать + 50 к желанию что-то делать. На этом же, кстати, строится противоположная гипотеза, в соответствии с которой лучше никому ничего не обещать, потому что, пообещав, мы можем посчитать, что «уже все сделали». Какую из гипотез выбрать — решать вам, но мне гораздо больше нравится первая, потому что она дает простые инструменты. А вторая только пессимистично говорит, что «и это не поможет».

Социальные коммуникации


Второй плюс от личного бренда — это социальные коммуникации. Наша attention schema уже обучена, что общение с другими людьми — это важно. Общение — это когда мы строим модель внимания другого человека и пытаемся понять, что он от нас хочет, куда направлен его взгляд, какие эмоции он сейчас испытывает. Формирование общей картины общения обеспечивают самые сложные и фундаментальные механизмы нашего мозга.

Естественно, такая картина имеет максимальный приоритет по сравнению с тем, что мы прочитали.
Разговор с человеком имеет максимальную важность, какую только может нарисовать наш мозг.
Когда мы выступаем, позитивная и негативная реакция слушателей впечатывается в наши модели гораздо сильнее, чем то, что можно нагуглить, узнать на Stack Overflow или прочитать в документации.

Каждый раз, когда я выхожу на сцену, у меня одна цель — рассказать историю и послушать, что мне скажут люди. Если после моего выступления кто-то встанет и скажет, что я не прав, все работает не так — то для меня это будет счастье. Такой фидбэк я запомню, в отличие от всех информационных пузырей и когнитивных искажений. Я могу годами читать в интернете о том, что я не прав, и мой мозг будет просто отфильтровывать эту информацию, потому что она мне некомфортна, не укладывается в мои модели. Но если во время социально важного выступления кто-то скажет, что я не прав, это нанесет огромный урон и огромную пользу моим внутренним моделям. За час я получу больше опыта, чем за годы.
Борьба с информационным пузырем, которому мы, айтишники, очень подвержены, — второй огромнейший плюс личного бренда.
Как только мы начинаем общаться с другими людьми, у нас появляется возможность услышать что-то новое. Когда мы читаем Stack Overflow, мы эффективно новое игнорируем. Динамика внимания так устроена, чтобы фокусироваться на знакомой информации.

Для того, чтобы получить все эти бонусы личного бренда, в принципе, нет необходимости выступать на конференциях или писать на Хабр. Достаточно любой публичной активности, просто знать о том, что другие люди знают. Это могут быть ответы или вопросы на Stack Overflow, это может быть текст куда угодно — главное, чтобы вы сами знали о том, что другие люди знают о ваших наработках и ваших обязательствах.

Наш мозг работает ситуационно. Если вы пообещали самому себе и даже записали обещание на бумажке, то применится модель «Обещание на бумажке». Она очень слабая, потому что по ней мало внешних данных и мало примеров. Но если пообещать то же самое вслух на большом корпоративе, то мозг, который работает ситуационно, сразу вспомнит тысячи фильмов, книг и ситуаций, в которых другие люди давали обязательства. Тогда на следующий день окажется, что открыть документацию и начать работу над выполнением обещания не так и сложно.

Если вы ожидали увидеть карьерные рекомендации, то увы. Зато могу порекомендовать продуктовую конференцию, которую 9 декабря организуют коллеги из Онтико. Вот там будут доклады, о том как строить команду, продукты, карьеру. Всё с совершенно практической точки зрения, то есть вы получите чек-листы или фреймворки, которые помогут воспроизвести результаты, точно так же, как вы станете лучшим программистом, если последуете моему совету давать социальные обязательства.

Психотравма и первичное вмешательство.

#изнакурнож_выживание

Здравствуйте, я много лет занималась подготовкой инструкторов израильской армии. Решила поделиться схемой для экстренных ситуаций.

Психотравма и первичное вмешательство.

Заранее подчеркну, что речь пойдёт об оказании помощи во время шоковой психологической травмы (ШПТ) и только о ней. Любая другая разновидность требует профессиональной помощи.

ШПТ - это распостранённая реакция во время психотавмирующей ситуации, как например: ДТП, теракт, участие в военных действиях, тяжёлая физическая травма, либо другая угроза смерти. Может возникнуть как у непосредственных участников, так и у наблюдателей.

Со стороны кажется, что человек впал в ступор, он выглядит абсолютно беспомощным, и инстиктивно мы хотим ему помочь (дать воды, защитить, унести).

Армейские психотерапевты выработали схему правильного оказания помощи, её может использовать каждый, и она снижает шанс на появление посттравматических расстройств.

Наш Минздрав вместе со специалистом по лечению таких расстройств её упростили, сократили и даже сняли ролик (увы, только на иврите)

А теперь сама схема:

1. Налаживание контакта: убедитесь что вас слышат/видят/реагируют на ваше присутствие как либо.
Например: "Я Аня, а как тебя зовут?" Или: "я сожму твою руку, сожми в ответ мою".
Этот этап важен для связи с реальностью.

2. Подчёркивание commitment (не знаю как перевести).
"Я с тобой, мы вместе, ты молодец".
Этот этап важен для уменьшения ощущения одиночества и изоляции.

3. Сбор фактов. Этот этап помогает бороться с эмоциональным шквалом. Не спрашивайте, что человек чувствует.
Наоборот: "скажи твой адрес, дату рождения, какое сегодня число, номер телефона, что произошло, с кем ты был".
На этой стадии мы помогаем активировать рациональную зону мозга и выключаем эмоциональную.

4. Уменьшаем смятение и путаницу. Сами четко повторите, что произошло, что происходит и что надо сделать. Простыми предложениями, описываем только действия.
"Рядом упала ракета, мы сидим на улице, надо перейти в убежище".

5. Последний важный этап: отдавайте чёткие указания для дальнейших действий. Не просите, приказывайте. Не выполняйте их сами.
Например: "ты должен встать, иди принеси себе воды, помоги ребенку дойти" и так далее.
Развитие самоэффективности на данном этапе критично.

Всё, желаю чтоб это вам никогда не понадобилось )))

https://www.facebook.com/groups/iznakurnozh/permalink/1538740086183508/

Каково это, когда 75% ваших сотрудников — аутисты. Софтверная компания из Нью-Йорка решила использов

https://habr.com/ru/company/itsumma/blog/473158/
TL;DR. Некоторые люди смотрят на мир иначе. Софтверная компания из Нью-Йорка решила использовать это как конкурентное преимущество. Её штат на 75% состоит из тестировщиков с расстройствами аутистического спектра. Удивительно, но необходимые аутистам вещи оказались полезными для всех: гибкий график, удалённая работа, общение в Slack (вместо личных встреч), чёткая повестка каждого совещания, отказ от открытых офисов, отмена собеседований, карьерная альтернатива повышению до менеджера и т. д.

Раджеш Анандан основал компанию Ultranauts (бывшая Ultra Testing) с соседом по комнате общежития в Массачусетском технологическом институте Артом Шектманом с одной целью: доказать, что нейрологическое разнообразие (neurodiversity) и аутизм сотрудников — это конкурентное преимущество в бизнесе.

«В аутистическом спектре невероятное количество людей, чьи таланты игнорируют по самым разным причинам, — говорит Анандан. — Им не дают честного шанса добиться успеха на работе из-за атмосферы, рабочего процесса и ”привычных” деловых практик, которые не слишком эффективны в принципе, а для людей с таким мышлением особенно вредны».

Нью-йоркский стартап в области качественного инжиниринга — одна из многих фирм, которые специально ищут сотрудников с аутизмом. Но программы в таких компаниях, как Microsoft и EY, ограничены по масштабу. Они созданы чисто для поддержки так называемых «меньшинств». В отличие от них, Ultranauts полностью построила бизнес на людях с особым мышлением, начала активно набирать именно таких сотрудников и разрабатывать новые методы работы для эффективного управления командами «смешанного типа».

«Мы решили изменить стандарты всей работы, процедуру найма, обучения и управления коллективом», — объясняет Анандан.


Справа: Раджеш Анандан, основатель Ultranauts, который стремится доказать ценность нейрологического разнообразия в трудовом коллективе (фото: Getty Images)

Слово neurodiversity в последнее время используется часто, но это не общепринятый термин. Он относится к ряду отличий в работе отдельных функций человеческого мозга, которые могут быть связаны с такими состояниями, как дислексия, аутизм и СДВГ.

Исследование Национального аутистического общества Великобритании (NAS) показало, что среди страдающих аутизмом в Великобритании по-прежнему высокая безработица. В опросе 2000 респондентов только 16% работали полный рабочий день, при этом 77% безработных заявили, что хотят работать.

Барьеры для их нормальной работы по-прежнему слишком высоки. Менеджер по взаимодействию с работодателями в NAS Ричмал Мэйбанк называет несколько причин: «Должностные инструкции часто привязаны к стандартному поведению и довольно общие, — говорит она. — Фирмы ищут ”командных игроков” и ”людей с хорошими навыками общения”, но не хватает конкретной информации».

Людям с аутизмом трудно понять такие общие формулировки. У них вызывают затруднение и некоторые типичные вопросы на собеседовании вроде «Где вы видите себя через пять лет?»

Кроме того, людям может быть некомфортно рассказывать о своём состоянии и работать в офисах с открытой планировкой, где на них давит необходимость общаться и неприемлемый уровень шума.

Спустя пять лет Ultranauts довела долю сотрудников с особенностями аутистического спектра до 75%. Такого результата удалось добиться в том числе благодаря инновационному подходу к найму. В других компаниях при найме сотрудников часто большое значение придают коммуникативным способностям, что практически исключает людей с аутизмом. Но в Ultranauts нет собеседований, а кандидатам не предъявляют список конкретных технических навыков: «Мы внедрили гораздо более объективный подход к отбору кандидатов», — говорит Анандан.

Вместо резюме и собеседований потенциальные сотрудники проходят базовую оценку компетентности, в которой их оценивают по 25 параметрам тестировщика программного обеспечения, таким как способность изучать новые системы или принимать обратную связь. После первоначальных тестов потенциальные сотрудники одну неделю работают удалённо, эта неделя оплачивается по полной ставке. В дальнейшем они могут выбрать работу по графику DTE (desired-time equivalent), то есть произвольное количество рабочих часов: столько, сколько им удобно, чтобы не привязываться к работе на полный рабочий день.

«В результате такого отбора мы можем найти талантов совершенно без опыта работы, но которые с вероятностью 95% будут в ней очень хороши», — объясняет Анандан.

Конкурентные преимущества

Исследования Гарвардского университета и BIMA показали, что максимально широкое разнообразие сотрудников, которые думают иначе, имеет огромные преимущества для бизнеса. Было показано, что такие сотрудники повышают уровень инноваций и решения проблем, поскольку видят и понимают информацию с разных сторон. Исследователи также обнаружили, что специфические условия для этих сотрудников, такие как гибкий график или удалённая работа, приносит пользу и «нейротипичному» персоналу, то есть всем остальным.


Французский президент Эммануэль Макрон в 2017 году на мероприятии в Париже, посвящённом необходимости повышения осведомлённости об аутизме (фото: Getty Images)

Многие компании начинают понимать, что более широкий взгляд на вещи даёт конкурентное преимущество, особенно за пределами IT-сектора. Они обращаются к NAS с просьбой помочь в найме сотрудников с аутизмом. NAS рекомендует начать с небольших изменений, таких как обеспечить чёткую повестку для каждого совещания. Повестки и аналогичные инструменты помогают сотрудникам с особенностями восприятия сосредоточиться на соответствующей необходимой информации и планировать вещи заранее, что делает совещания более комфортными для всех.

«То, что мы предлагаем, является хорошей практикой для любой компании, а не только для людей с аутизмом. Это простые методы, которые зачастую быстро дают отдачу, — говорит Мэйбанк. — Работодателям следует понять культуру и неписаные правила своей организации, чтобы помочь людям ориентироваться».

Мэйбанк уже десять лет работает с аутистами. В идеале ей хотелось бы видеть обязательные обучающие курсы для менеджеров и более дружественные программы, помогающие устанавливать социальные связи на работе. Она также считает, что работодателям нужно предусматривать разные карьерные варианты для людей, которые не хотят становиться менеджерами.

Но она говорит, что нейрологическое разнообразие улучшило общую атмосферу: «Все становятся более открытыми в отношении различных направлений аутистического и нейродифференцированного поведения, — поясняет специалист. — У людей есть заранее сложившееся мнение, что такое аутизм, но всегда лучше спросить у самого человека. Несмотря на одно и то же состояние, люди могут оказаться полными противоположностями друг другу».

Новые технологии

Тем не менее, это не просто повышение осведомлённости. Удалённая работа и новые технологии помогают всем остальным работникам, для которых прежняя атмосфера была не самой оптимальной.

Рабочие инструменты, включая платформу мгновенного обмена сообщениями Slack и приложение для составления списков Trello, улучшили связь для удалённых сотрудников. В то же время они дают дополнительные преимущества для людей с аутистическим спектром, если им трудно даётся личное общение.

Ultranauts использует эти технологии, а также создаёт собственные инструменты для персонала.

«Пару лет назад коллега пошутил, что хорошо бы в комплекте с каждым сотрудником видеть мануал, — вспоминает директор фирмы. — Мы сделали именно это: теперь каждый может опубликовать такое самоописание под названием ”биодекс”. Оно даёт коллегам всю информацию по оптимальным способам работы с конкретным человеком».

Гибкая настройка рабочего пространства и адаптация компании для аутистов стало огромным успехом для Ultranauts, которая теперь делится своим опытом.

Оказалось, что внедрение условий для людей с аутизмом не добавило никаких трудностей остальным сотрудникам и не снизило эффективность их работы, а наоборот. Люди, которых раньше часто игнорировали, смогли показать свои истинные таланты: «Мы снова и снова демонстрируем… что добились лучших результатов благодаря разнообразию нашей команды», — говорит Анандан.

(no subject)

https://habr.com/ru/post/473144/
1.Коментарии.
и это интеллектуальная элита страні.
закапівайте.
2. никогда не спорте с социалистами и коммунистами.
они полнеые нули в любо практической деятельности,
но в поспорить - переплюнут кого угодно.
специалист по софистике.

(no subject)

https://habr.com/ru/news/t/465183/

Будет интересно чем этот адвокат собирается обосновывать «ущерб в 12000€». Скорее всего в результате договорятся на что-нибудь в районе 500€ и успокоятся.

П.С. И будем надеятся что в результате будет меньше бардака с cookies.

edogs
сегодня в 03:43
+2
Будет интересно чем этот адвокат собирается обосновывать «ущерб в 12000€».
Скорее всего по принципу дел о меньшинствах, харрасменте и т.д…
Нечто вроде «он установил на мой компьютер куки, да не один раз, а целых двенадцать, без моего явного согласия, это насилие надо мной, теперь я не могу чувствовать себя в безопасности, каждый раз запуская браузер у меня флэшбэки о той ситуации когда меня 12 раз пенетрировали кукисами и я даже не понимал что происходит пока мне не объяснили что это и почему это плохо и почему это насилие, я не могу теперь спокойно использовать браузер из-за этого, это вызывает у меня чувство беззащитности и тревожности, я не могу даже найти телефон ближайшего психолога который мог бы помочь преодолеть мою проблему, но если я все-таки его найду — мне понадобятся деньги на оплату его услуг и это тоже будет включено в следующий иск, если мы не договоримся сейчас, я так же общался со своими друзьями и выяснилось что друзья другой расы/возраста/пола не получали столько же куков сколько я — значит это расовая/возрастная/половая дискриминация — а это еще хуже — это уже нападение на целую группу людей, я даже не могу связно формулировать мысли — вот видите какой поток получается».

Кверулянтство

Кверулянтство
Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигацииПерейти к поиску
Кверуля́нтство (лат. querulus — жалующийся)[1] — непреодолимая сутяжническая деятельность, выражающаяся в борьбе за свои права и ущемлённые интересы (зачастую — мнимые или преувеличенные[2]).

Кверулянт осуществляет подачу жалоб во всевозможные инстанции, исковых заявлений в суд. Любые принятые решения по этим искам оспариваются. Отказы и неуспехи приводят кo всё большему убеждению кверулянта в «пристрастном» к нему отношении, поэтому он продолжает протесты и обжалует дела, обвиняет суд в незаконных действиях[3]. Нарастает неспособность правильного понимания своего и чужого права, больной крайне переоценивает собственные интересы, при этом к правам и интересам окружающих он равнодушен[3]. Центральное место в психике начинают занимать представления, связанные с «ущемлением» прав и интересов[3]. Эти представления приобретают доминирующее значение и приобретают характер сверхценных идей[3]. В более тяжёлых случаях представления, связанные с «ущемлением» прав развиваются до бредовых идей[3].

Кверулянтство характерно для психопатических личностей параноического склада (параноидное расстройство личности по МКБ-10)[4]. Наблюдается при параноических развитиях (паранойяльном симптомообразовании у психопатических личностей) и паранойяльном варианте параноидной шизофрении[4]. В МКБ-10 кверулянтная форма паранойи включается в категорию F22.8 (другие хронические бредовые расстройства)[5]. Паранойяльная шизофрения (F22.82) также может быть с кверуляторным бредом[5].

https://ru.wikipedia.org/wiki/Кверулянтство

(no subject)

Из Хабра
https://habr.com/ru/post/459240/#comment_20370750

«Грусть и даже порою суицидальные мысли — это нормально» у меня такое было когда первый и последний раз влюбился. А девушка сказал что будет со мной только за спонсоркую поддержку! В итоге киданула на $10000 (в переводе денег того времени на доллары) — выманивала манипуляциями и угрозами прекратить общение в течении 5 лет, за любые попытки сказать что хочу быть с ней тоже угрожала. А когда все делаешь 1в1, безумно стараешься, общаешься, то под предлогом прекратить общение она говорит «ну мы же все равно не общаемся»!!!
В итоге попытка суицида от дикой боли и 2-й год лечу верхние дыхательные пути и бронхи из-за последствий, плюс с самого начала, когда она выдвинула свои жестокие требования была депрессия и продолжалась 7 лет, да и сейчас есть иногда с психопатологическими репереживаниями и нежеланием жить.
Вывод — у рыжих действительно нет «души» и эмпатии, а может еще и всех Крстн. Стереотипно, но проверять уже не хочется других. И самое главное — это единственные воспоминания, так как до этого ничего не было и общения с девушками, как и после.
При мыслях об отношениях с девушками вызывается сильно отторжение чуть ли с ощущением что вырвет. То же и с просто при мыслях найти друзей.

Сaмая нужная покупка в жизни жeнщины – это топор.

Сeгодня я поняла одну важную вeщь. Сaмая нужная покупка в жизни жeнщины – это топор. Не шуба-сапоги-туфли-сумочка. Топор. Точно вам говорю. Я тут купила один. По aкции, в супермаркете. Хороший тaкой, фирмeнный, с орaнжевой длинной ручкой. Мне его прeдложила дeвушка-промоутер. “Хороший топор! – скaзала она, – купите, пригодится!”

Я и купила. И не пожaлела. Почти сразу и нaчал пригождаться. Положила я его сверху в телeжку с продуктами и покaтила к мaшине. Смотрю, а на пaрковке мужик так плотно к моей свою мaшину поставил, что мне двeри широко не открыть и сумки туда не пропихнуть, а с другой стороны от машины бордюр, и открывать двери неудобно. И сам мужик стоит рядом и сумки свои в бaгажник грузит.

И тут я такая подъезжаю. На тeлежке. С топором. Посмотрeла я на него и на его мaшину. И он на нас посмотрeл.С топором.И вдруг заулыбaлся мне, как родной, и говорит: “Дaвайте, я помогу вам сумки в багажник ваш погрузить, а то я близко мaшину постaвил, а с другой стороны–бордюр и нeудобно…” “Дaвайте, – согласились мы с топором, – спасибо вам большоe”. Бывают же такие чудесные люди!

Ну, погрузил он мои сумки и уехал. Я топор положила на пол переднего пассажирского сидения, села и порулила спокойно домой. Ну, как “спокойно”. Пятница, народу полно, еще все за город стремятся, торопятся. И один на светофоре как меня обгонит, как подрежет, да как затормозит резко, прямо передо мной, на красный. Так я чуть ему в зад и не въехала. Сантиметр остался. Он такой выходит и начинает орать: “Как водишь, да вообще, да права купила, да надо поговорить”. “А чего не поговорить”, – говорю. И топор так, не спеша, поднимаю с пола. Он от резкого торможения съехал и ручкой мне в педали почти уперся. Мешает. Я выхожу и его вынимаю. И в руках держу. “Чего же не поговорить, – говорю, – мы всегда готовы, – говорю, – к конструктивному диалогу”. С топором. Тот, который с едва целым задом, вдруг сразу как-то подобрел. Настроение у него, видимо, улучшилось, и он радостно так говорит: “Да я и сам виноват. Торопился. Резко перестроился, резко тормознул. Пятница! Нервы! Извините!” Быстренько сел в машину свою и газанул под зеленый.

Ну и мы с топором сели и, не спеша, домой поехали. Подъехала к дому, смотрю – мое место стояночное у подъезда заняли. Опять. Стоит кто-то, не из нашего дома. Своих-то я всех знаю. А они – меня… Ну, ладно. Я рядом на аварийке встала, думаю, сейчас сумки тяжелые занесу в квартиру, а потом поезжу по дворам – место себе поищу. Сумки занесла, топор остался. Дай, думаю, его тоже домой заберу, в машине что ему лежать. Ручка яркая, приметная, вдруг кто позарится. А мы с ним родные уже почти. Взяла его и машину закрываю. И тут, смотрю – водитель, что мое место занял, выходит.“Ой, – говорит, – а я место ваше занял? Да я уже уезжаю, вставайте, пожалуйста!” И улыбается так по-доброму. “Хороших выходных”, – говорит. И поехал.

Я на свое место встала, и мы с топором домой пошли. И ветер теплый в листьях шелестел. И Солнце светило. Нам. С топором. Автор не известен. 😲Взято с просторов интернета. Если кто знает, кто автор, дополните😊👍

Мой комментарий к «О мёртвых либо хорошо, либо ничего кроме правды.» от elkek

вопрос.
может ли небольшая относительно всего населения,
(макс 10%).
группа людей исповедующая особую веру,
захватив (исходя из своей веры)
средства массовой информации и государственные должности
уничтожить страну?

эксперимент продолжается!

о вере:
https://talgaton.livejournal.com/307269.html

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий