Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

левое мировоззрение, или во что верят левые, но не признаются.(обновляется)

левое мировоззрение, или во что верят левые, но не признаются.

привет!

Коротко:
1. Государство - Бог!
2. Свободы воли не существует, а если люди что то и делают что то - то это плохо,
всякая попытка воспользоватся свободой - это плохо.
3. Они - виноваты.

хм. и все?

Развернуто.
1. Государство - Бог!
то есть,
левые верят в государство ровно (ну почти) так же как верят верующие в бога.
государство все может, все умеет, оно не непогрешимо.
ошибочность действий государства даже не рассматривается.
следствие-
ответ на любое хочу - государство, подразумевается автоматически!
примеры:
оружие тебе не нужно, государство обеспечивает безопасность.

Медицина - разумеется должна быт государсвенной! -
(какие могут тут быть сомнения?)



2. Свободы воли не существует, а если люди что то и делают что то - то это плохо.
то есть,
любые действия людей объясняются волевым действием других сил.
следствие-
ответственности не существует.
всегда можно объяснить действие/бездействие через влияние других.

люди что то и делают что то - то это плохо:
следствие -
- борьба с всемирным потеплением -
виновны люди,
решение - запретить всю деятельность!

всякая попытка воспользоватся свободой - это плохо
оружие это плохо!
по двум причинам:
это ставит под сомнение бога(государство)
так как свободы воли не существует -
как только оружие попадет вам в руки вы начнете всех убивать...


это также ответ на вопрос почему левые так легко Лгут.
дело в том что говоря правду - мы предполагаем что люди предпримут
правильные действия (дла нас) рационально!
в противном случае мы будем лгать, или промолчим.
для тех кто отвергает рациональность, и свободу воли как принцип -
всякое взаимодействие - это кривлянье с целью воздействия.
разумность субъекта - не учитывается, игнорируется.



примеры:
наказание не действует!
(например на учеников)
что эта фраза означает? что те кого мы наказываем - животные на типа аллигаторов которых невозможно обучить?,
ах - да, у людей нет свободы воли! они таки животные - аллигаторы!

оружие не останавливает преступность!

(грабители, насильники и убийцы также легко нападают на вооруженных людей как и на безоружных!
мы ведь знаем что свободы воли у них нет!, аллигаторы ЖЕ!)



3. Они - виноваты.
кто они?
определяет цвет:
если виновные:
другой расы - это расизм
другой национальности - это нацизм
капиталисты - это коммунизм
мужчины - это .........
ну а если корень всех зол на планете -
Трамп - это антитрампизм!

Они виноваты - это прямое следствие - "свободы воли не существует".

АНТИМИЗОГИННЫЙ ДВИГАТЕЛЬ

АНТИМИЗОГИННЫЙ ДВИГАТЕЛЬ
Лететь до Южной Рыбы оставалось два месяца. Даже юнгерка Олимпия понимала, что ничего интересного в пути не предвидится. Конечно, старт корабля и выход из Солнечной системы были интереснейшими днями – напряженная работа всего экипажа, контроль систем, строгий голос капитанки Бэллы, отдающей команды по селектору, напряженные фемедитации по шесть раз в сутки... Но корабль вышел на крейсерскую скорость, и уже вторую неделю обзорные иллюминаторы показывали лишь космическую черноту с далекими точками звезд, немного размытых допплеровским эффектом. Честно сказать, дел для юнгерки было немного – присматривать за оранжереей, да изредка протирать дисплеи влажной тряпкой.

Сначала Олимпии показалось, что на дисплее какое-то насекомое. Она попыталась его брезгливо смахнуть тряпкой, но растопыренная соринка не исчезала. Тогда Олимпия включила увеличение...

«Человечица за бортом!» — раздался по всему короблю взволнованный голос Олимпии.

Ей, конечно, не сразу поверили — слыханное ли дело, найти в бездонном космосе кого-то. Но сомнений не оставалось: парящая в пространстве фигура с раскинутыми руками и застывшей копной белых волос не могла быть ничем иным, только женским телом, неведомо как попавшим в эту космическую глушь без скафандра.

Долгие часы ушли на торможение двигателя и дрейф к нужной точке, но в итоге тело погибшей было поднято на борт и передано в заботливые руки докторки Симоны для экспертизы.

Вечерняя фемедитация получилась особенно яркой.

— Сестры! – проникновенно начала капитанка Бэлла, когда все надели и подключили шлемы. – Хотя кровавая патриархическая эпоха осталась глубоко в веках, сегодня мы стали свидетельницами еще одного древнего преступления! Преступления, дошедшего до нас из глубины темных веков, как свет давно угасшей звезды! Это – тело убитой, измученной, брошенной в космосе женщины. Ни у кого нет сомнений, что перед нами – очередная жертва мужского абьюза. Избитая, обесчещенная, психологически сломленная, выброшенная из своего корабля на погибель...

Раньше Олимпия всегда молчала на фемедитациях. Но сегодня она чувствовала себя немного именинницей – ведь это она нашла тело в космосе.

— Простите, сестра Бэлла! – неожиданно для себя возразила она. – Неужели эта несчастная пробыла в космосе столько веков, чтобы застать мужчин? Я думаю, что-то случилось с ее кораблем. Неисправность, она пыталась спастись, и...

Капитанка Бэлла окинула ее испепеляющим взглядом.

— То, что ты произнесла, Олимпия, — это типичный виктим-блейминг! Ты обвиняешь жертву?! Переносишь на неё ответственности за случившееся?!

Штурманка Алла всплеснула руками и укоризненно поцокала языком.

— Нет-нет! – отчаянно покачала головой Олимпия, насколько позволяли провода шлема. – Я просто подумала, ведь мужчины давно вымерли... Может, просто в её корабль попал метеорит или...

— А это уже газлайтинг! – перебила капитанка. – Ты обесцениваешь чужую боль и переживания, пытаешься сделать вид, что насилия не было, всё это показалось? Перед нами – типичная жертва абьюза! Мертвые не могут взывать о справедливости, обязанность живых сделать это для них.

— Я не... – начала Олимпия, но штурманка Алла перебила.

— Я анализировала костюм жертвы. Это стиль конца 22 – начала 23 века, самый закат патриархической эры. В ту эпоху еще вполне могли встречаться живые мужчины! Совсем старые, но от того еще больше озлобленные! И трудно поверить, что они занимались чем-то, кроме доминирования и мейл-гейза!

Олимпия поняла свою ошибку и кротко опустила глаза.
http://lleo.me/arhive/2019/antimizogin.htm

это материал о современных людях называющих себя психологами.

это материал о современных людях называющих себя психологами.

психолог столкнулся с совершенно рядовым и изученым явлением,
о котором он не знает.
психопат классический
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%BF%D0%B0%D1%82%D0%B8%D1%8F
из этого, совершенно известного явления - делает колоссальный вывод!:

"И как быть с тем, что нынешний мир чем дальше, тем больше действительно формирует «бесконтактных» людей, почти не имеющих непосредственного — не виртуального — соприкосновения с чужими телами и душами?"

пилять, правильно ли я понял что все современный психологи - такие НЕУЧИ?


Collapse )


Почему дети перестали понимать чувства друг друга

28 МАЯ 2018 11:31 ЗАБРАТЬ СЕБЕ
Мужчина, пришел один. Такое в нашей детской поликлинике нечасто случается.

На взводе, ходят желваки на скулах, хрустит пальцами. Прошу не хрустеть. Извиняется, сплетает пальцы в замок и некоторое время молчит, опустив голову и глядя в пол.

Жду. Рано или поздно он скажет, зачем пришел. Визит явно не пустой.

— Я избил сына, — наконец тяжело роняет он.

— Сколько сыну лет?

Старшие подростки могут достать своими попытками эмансипации и проверкой границ кого угодно. Если сыну, допустим, 17–18 и у обоих взрывной характер, дело может дойти и до драки.

— 12, скоро будет 13.

— Вы были пьяны? — Мужчина не выглядит злоупотребляющим алкоголем, но первое впечатление может быть обманчивым. Проспался, испугался, раскаялся, но проблемы с пьянством не признает, новое поколение, о психологах все слышали — визит в детскую поликлинику становится более-менее понятным. Но тут, конечно, надо будет его к наркологу посылать.

— Нет, я был абсолютно трезв. Я совершенно не злоупотребляю. Два бокала вина по праздникам, и все. Занимаюсь спортом.

— Мальчик существенно пострадал? — продолжаю спрашивать я, думая о юридическом.

Может быть, я должна куда-то об этом сообщить? Я начинала работать 25 лет назад, когда подобные правила были более чем размыты, и как они с тех пор изменились, толком не знаю.

— Нет, физически с ним все в порядке, — говорит мужчина, назвавшийся Виктором. — А вот душевно… или как там говорят — психически? Психологически? Впрочем, душевно — самое точное.

— Вы говорите о психологической травме, полученной ребенком?

— Нет.

Опять замолчал. Я готова подождать еще. Вижу, что он не уйдет, не обсудив того, с чем пришел.

— Я сам виноват.

Теперь молчу я, хотя мне, конечно, хочется согласно кивнуть и сказать: «Разумеется!»

— Я виноват с самого начала, что не настоял на своем. Мне было проще устраниться. Тем более что их против меня было сначала двое, а потом уже трое.

— Ваша семья — это вы, ваш сын Игорь…

— Еще жена и теща. Мы живем вчетвером.

Картинка в моей голове более-менее сложилась. Отец хотел «мужского воспитания», но не очень знал, как к нему подступиться. Жена и особенно теща были против. Избалованный двумя женщинами мальчишка, разумеется, в своих интересах «вбивал клин» между родственниками, манипулировал при полном попустительстве всех сторон и постепенно, с годами «борзел». В конце концов по какому-то поводу отец вышел из себя и выместил на сыне свою родительскую неудачу. Разумеется, разбираться во всем этом следовало раньше, но хорошо, что хоть теперь пришел. Интересно, придут ли по моему приглашению жена и теща?

— В чем же, по вашему мнению, вам «следовало настоять на своем с самого начала»?

— В семь лет он задавил тумбочкой хомяка. Намеренно.

Все мои глубокомысленные соображения по поводу происходящего накрылись медным тазом.

— Рассказывайте подробнее, с самого начала.

Игорь родился недоношенным, но более-менее здоровым и развивался нормально. Однако в женской части семьи бытовало мнение, что «мальчик маленький, слабенький, болезненный, надо с ним аккуратно». Игорь действительно был некрупный, видимо, статью пошел не в достаточно высокого и широкоплечего Виктора, а в миниатюрную мать.

«Драться нельзя, тебя побьют, — учили мальчика с самого раннего детства, — если тебя кто-то обижает, скажи воспитательнице, родителям, учительнице». Игорь так и поступал. Рос совершенно не драчливым, хорошо играл с девочками, рано научился интриговать.

— Вы никогда не думали о том, что мужчина, вообще человек, который никогда не дрался, не понимает границ своей силы и границ собственной уязвимости, а также уязвимости другого? — спросил меня Виктор.

Сформулировано было изящно, я задумалась. Я всевозможные драки терпеть не могу, но все-таки попыталась увидеть ситуацию с его точки зрения.

— Оружие массового поражения…

— Именно! Оно уже увеличило дистанцию. Я здесь нажимаю кнопку, курок, дергаю рычаг, а они гибнут, разрываются на кровавые куски, становятся ядерными тенями там, далеко от меня. Я тут как будто не при делах. В личной ссоре своей рукой, кулаком разбить человеку, приятелю нос, испачкаться в чужой крови, увидеть, как он, скорчившись, упал у твоих ног, блюет от твоего удара — это совсем другое. Вы согласны?

— Пожалуй, да.

Мне был крайне неприятен этот разговор.

— Сейчас все стало еще хуже.

— Когда — сейчас? Почему хуже?

— Игры. Я нажимаю кнопку и убиваю неизвестно кого.

— Мальчишки всегда играли в войну. В моем детстве…

— Да, но там уязвимые носы приятеля-противника всегда были рядом.

«Слабенький» Игорь в игрушки играл мало, рано полюбил компьютер и всевозможные гаджеты. Играл с ними тихо, никого не беспокоил. Виктор иногда заглядывал в его игры, потом как-то спросил у жены:

— Ты это видела? Тебя не тошнит?

— Лучше пусть здесь, чем во дворе с мальчишками курить и материться, — сказала жена.

— Так во дворе никого нет, только совсем малыши на детской площадке, ты заметила? — спросил Виктор.

— Ну и слава богу, — ответила женщина.

Игоря с раннего детства водили во всякие кружки. Он практически всегда начинал ходить туда с удовольствием, а когда становилось трудно или скучновато, бросал. Виктор говорил с женой и тещей о преодолении, его спрашивали: а зачем, собственно? — и он не находил, что ответить. Пытался говорить с сыном — тому быстро становилось скучно, и он убегал.

В семь лет его подружке купили морскую свинку, и он тоже попросил домашнее животное — собаку. В кои-то веки мнения Виктора, жены и тещи совпали: собака — это слишком. Завели хомяка. Игорь наблюдал за ним, брал в руки, приносил ему одуванчики. Иногда хомяк бегал по комнате. Убирали за ним в основном, конечно, жена и теща, но от семилетнего ребенка ответственности никто особо и не ждал. Виктору с самого начала казалось, что Игорь животное «не чувствует». Жена отмахивалась. Однажды мальчик как-то сдавил хомяка, и тот его довольно сильно укусил. После этого он его в руки уже не брал, а через пару месяцев хомяк забежал за тумбочку, и Игорь его там задавил. Медленно. И потом полез смотреть, как оно выглядит. Теща видела из другой комнаты, только до самого конца не понимала, что именно происходит.

Когда все выяснилось, Виктор схватился за ремень. Жена повисла у него на руке. Теща и Игорь истерически рыдали.

— Она кричала: он не понимает! — рассказывает мне Виктор. — И знаете, я ведь был с ней согласен: он тогда действительно не понимал! Не чувствовал ничего. Но хотел почувствовать. Это же нормально для живого — чувствовать. А для компьютера нормально, наоборот, не чувствовать. Понимаете?

— Не уверена, что понимаю.

— Ну вот эти все, которые чуть не каждый день приходят в школы с ножами, с ружьями — у нас, в Америке — они же на самом деле хотят хоть что-то испытать, почувствовать себя и других…

— Стрельба в американских школах случалась и до изобретения компьютеров, — возразила я.

— Так и желание что-то почувствовать старше компьютеров. Они просто расширили аудиторию и углубили пропасть. Кстати, вы обращали внимание, что среди этих американских «школьных стрелков» практически нет негров? Негры от природы более эмоциональны…

«Господи, только расизма тут не хватало!» — подумала я и сказала:

— Расскажите, что у вас случилось сейчас.

— Жене позвонила мать одноклассницы Игоря. Сказала, что он оскорбляет ее дочь в социальной сети. Жена, конечно, потребовала у него объяснений. Он сказал довольно равнодушно: да чего я-то, про нее все пишут… Видимо, травля. Жена расстроилась именно из-за этого равнодушия и рассказала мне, хотя обычно она всегда и во всем его покрывает.

Я нашел эту переписку в социальной сети. Он уже удалил по требованию матери свои сообщения, но другие такие же маленькие негодяи скопировали его изречения, чтоб не пропало. И когда я в конце концов увидел, что именно, какую грязь мой двенадцатилетний сын посмел вылить на такую же двенадцатилетнюю девочку, его знакомую, одноклассницу, признаюсь честно, у меня как шторка упала... Знаете, что он мне орал? «Ты права не имеешь! Я на тебя в суд подам!»

Я сейчас никого не виню и знаю: я во всем сам виноват. Не жена там, теща или общество. Это мой сын, и мне нужно было увидеть и настоять, чтоб он жил и учился чувствовать. Отдать в спорт, выгнать во двор, заблокировать те игры, послать в какой-нибудь лагерь с необходимостью выживания, не знаю еще что. Но я ничего этого не сделал. И теперь… я с ним разговаривал. Он ничего не понимает. Совсем. Считает, что он сам — обычный, хороший, как все. А я — плохой отец. Последнее, конечно, правда. И я просто не могу его видеть.

— Агрессия?

— Нет-нет. Скорее, как ни странно, равнодушие, может быть, опустошенность.

— Я хочу видеть мальчика.

* * *

Как ни странно, все, о чем говорил Виктор, я увидела и сама. Обида, непонимание: а чего я? Все там так пишут, вы вообще интернет читаете? Там и не такое бывает. Гораздо хуже. А он меня ударил, я даже упал, представляете?! Та девочка? Ну конечно, ей обидно. Но не только же я про нее писал. Так и пусть она про меня тоже напишет — чего же. И пускай матом, я переживу.

Переживет.

Так я Виктору и сказала.

— А я? — спросил он.

— И вы переживете.

— А можно еще что-нибудь сделать? Или уже все, поезд ушел?

— Не говорите ерунды, мальчишке 12 лет. Формирование личности у людей идет сейчас как минимум до двадцати.

— Но что же делать?

— А вот то самое, что вы говорили. Контактный спорт авторитарным порядком («будешь ходить, потому что я, большой обезьян, сказал!»), тяжелые походы (с вами, с вами, не отвертитесь!), поездки в лагеря с насыщенной витальной программой (бегать, прыгать, плавать, ездить на лошадях), любой социально-психологический тренинг для подростков — там немного учат видеть и слышать чувства другого. Если пойдет, через год повторить. Вы, жена, теща — все говорите с ним почти исключительно вот в этой навязчивой «психологической» форме: я чувствую, мне сейчас вот так, она, я думаю, испытывала вот что… Будете в процессе чувствовать себя полными дураками, но вам сейчас не до жиру, быть бы живу. Выработка алгоритма, условного рефлекса. Рассказывать о своем детском опыте. Мухам крылья отрывали? С друзьями «насмерть» дрались? О переосмыслении этого опыта теперь. Интернет жестко контролировать — не из соображений его «общей вредности», а просто потому, что надо создать сенсорную депривацию, чтобы новому опыту было куда заползти.

— Это может помочь?

— Вполне может. Но с большей вероятностью поможет то, что отец наконец-то окажется непосредственно рядом с ним, а не за перегородкой из мамы и бабушки…

— А если жена и теща опять?..

— Найдете цивилизованный способ настоять на своем.

— Да, хорошо, спасибо, я попробую.

Ушел. Получится? Не получится?

И как быть с тем, что нынешний мир чем дальше, тем больше действительно формирует «бесконтактных» людей, почти не имеющих непосредственного — не виртуального — соприкосновения с чужими телами и душами?

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

О пользе высшего гуманитарного образования

Оригинал взят у dandorfman в О пользе высшего гуманитарного образования
Четыре года в гуманитарном колледже превратили меня в консерватора

Джей Стивенс

Aug 24 2016, 3:00am

"Я быстро узнала, что в гуманитарном вузе общей целью каждого занятия является определение чего-то проблематичного, его обсуждение, а затем – отказ что-либо с ним делать".


Collapse )

Все гениальное просто…

Оригинал взят у notabler в Все гениальное просто…

Уже я не помню, когда начала читать блог Сторигрубаса.  Но вот этого рассказа не помню.  Рассказ не только хорош, он еще и полезным может быть для тех, кто имеет дела с дровами и походами.

Меня всегда восхищали те безымянные, но главные люди человечества, которые подарили миру свои гениальные изобретения.

Beautiful blond woman drinking hot tea outdoors

Именно подарили, потому, что их творения настолько гениально просты, что один раз увидев, повторить чудо может любой желающий: Огонь Колесо Парус Лук Рычаг, да мало ли…

Каждая из этих вещей поделила историю человечества на «до» и «после».

Это вам не какой-нибудь жлобский айфон, с которого скоро будут брать деньги даже за зарядку батарейки…

Поистине великие открытия – бесхитростны и понятны – увидел, сварганил, применил и у тебя ощущение, что все твое родовое племя стало работать только на тебя…

А мне как режиссеру и искателю сильных эмоций, всегда была интересна реакция людей на чудо.

И вот однажды мне повезло. Я своими глазами увидел как древние люди, которые всю жизнь тягали грузы на себе, впервые увидели колесо…

Зима, Ивановская область. Дремучий лес. Мы с оператором приехали снимать документалку о местных ремеслах. С собой в нагрузку нам всучили студентку из Финляндии Илму.

Collapse )

Как львовский студент стал сельским головой и что из этого вышло

Оригинал взят у brenik в Как львовский студент стал сельским головой и что из этого вышло

Вместо учебы в Париже — стать самым молодым председателем сельсовета с окладом 3 000 грн. Год назад 21-летний студент Виталий Дякив победил на выборах в Давыдове 50-летнего оппонента, который занимал должность последнее десятилетие. «У нас в селе Facebook теперь самый эффективный канал связи с местной властью. Всем бы таких руководителей», — пишут жители Давыдова.

Виталий Дякив рассказывает Realist’у о коррупции, обустройстве села, инвестициях, соцсетях, «переигрывании в демократию» и о том, чем похожи Украина и постреволюционная Франция.


Около 7 000 жителей, школа, детский сад, амбулатория, футбольное поле, речка. Село Давыдов принято считать пригородом Львова, до которого всего 15 км. Большинство местных работают в городе, там же стараются проводить свободное время. В будущем ситуация может измениться. А может и нет. Превратить село в комфортное место для работы и жизни — главная цель пришедшего к власти студента. Но одолеет ли молодость и энтузиазм старую систему?






21-летний студент Виталий Дякив победил на выборах в Давыдове 50-летнего оппонента и теперь строит в родном селе  новую Украину
21-летний студент Виталий Дякив победил на выборах в Давыдове 50-летнего оппонента и теперь строит в родном селе новую Украину

Collapse )

Робби Уильямс высмеял Путина в своём клипе!

Оригинал взят у svobodoff в Робби Уильямс высмеял Путина в своём клипе!
Robbie Williams - Party Like A Russian

Робби Уильямс

Супер! Класс! Это настоящая музыкальная бомба года!
Британский певец Робби Уильямс высмеял Путина в своём новом клипе "Веселись как русский"

Collapse )

«Я получил прозвище Crazy Russian». История русского полицейского в Нью-Йорке

Оригинал взят у 111_eto_ya_111 в «Я получил прозвище Crazy Russian». История русского полицейского в Нью-Йорке
Что может быть общего между уральскими бандитами,
антисемитами, массажистом в салоне красоты и
нью-йоркским департаментом полиции?



Collapse )

PS Я хоть и не в полиции работаю, а прозвище в свое время получил точно такое же. :)))

ЧЕГО НА САМОМ ДЕЛЕ ХОЧЕТ ИГИЛ

часть 2.

ЧЕГО НА САМОМ ДЕЛЕ ХОЧЕТ ИГИЛ

23 декабря, 8:05

текст большой - по этому разделен на части - часть 1

ЧЕГО НА САМОМ ДЕЛЕ ХОЧЕТ ИГИЛ
Грэм Вуд (Graeme Wood), The Atlantic, март 2015

The Atlantic, MARCH 2015 ISSUE



2. Территория
Есть предположение, что в ряды ИГ вступили десятки тысяч мусульман из-за рубежа. Рекруты приезжают из Франции, Британии, Бельгии, Германии, Голландии, Австралии, Индонезии, США и многих других стран. Многие приезжают туда воевать, и многие намереваются там погибнуть.
Профессор Королевского колледжа в Лондоне Петер Нойман (Peter Neumann) рассказал мне, что голоса в онлайне играют важную роль в распространении пропаганды, делая так, чтобы новички знали, во что надо верить. Вербовка через интернет расширила демографию джихадистского сообщества, позволив консервативным мусульманским женщинам, практически запертым в своих домах, общаться с вербовщиками, в результате чего они подвергаются радикализации и направляются в Сирию. Распространяя свой призыв на оба пола, «Исламское государство» надеется построить полноценное общество.
В ноябре я отправился в Австралию, чтобы встретиться с 30-летним Мусой Серантонио (Musa Cerantonio), которого Нойман и другие ученые называют одним из двух самых важных «новых духовных авторитетов», призывающих иностранцев вступать в ИГИЛ. На протяжении трех лет он работал телепроповедником на канале Iqraa TV в Каире, однако ушел оттуда, когда руководство канала стало возражать против его частых призывов к созданию халифата. Сейчас он проповедует на страницах Facebook и Twitter.
Серантонио крупный и дружелюбный мужчина с манерами книжного червя. Он сказал мне, что его ужасают видеозаписи казней. Он ненавидит насилие, хотя сторонники ИГ должны им заниматься. (Среди джихадистов он выступает против взрывов с участием смертников на том основании, что Всевышний запрещает самоубийство, вызывая тем самым противоречия. В его взглядах есть и другие отличия от позиций ИГ.) У него такая же запущенная растительность на лице, какую можно увидеть у некоторых великовозрастных фанатов «Властелина колец». А его одержимость апокалиптическими исламистскими идеями кажется знакомой. Похоже, он оживотворяет ту драму, которая человеку со стороны кажется средневековой фантазией, но только с настоящей кровью.
В июне прошлого года Серантонио с женой попытался эмигрировать (он не говорит куда, однако с хитрецой замечает, что «ездить в Сирию противозаконно»), однако их перехватили в пути на Филиппинах и депортировали обратно в Австралию на том основании, что у них была просрочена виза. Австралия объявила противозаконными попытки вступить в «Исламское государство» или уехать на его территорию, а поэтому конфисковала паспорт Серантонио. Он застрял в Мельбурне, где его хорошо знает местная полиция. Если Серантонио поймают, когда он будет помогать людям с переездом на территорию ИГИЛ, он сядет в тюрьму. Однако пока он на свободе – этот формально независимый идеолог, ставший весомым авторитетом для других джихадистов в вопросах доктрины «Исламского государства».
Мы встретились в обеденное время в густонаселенном и мультикультурном районе Мельбурна Фуктскрей, где находится штаб-квартира издательства путеводителей Lonely Planet. Серантонио вырос здесь. Один из его родителей родом из Ирландии, а второй из итальянской Калабрии. На типичной для этого района улице можно найти африканские рестораны, вьетнамские магазины и увидеть молодых арабов, разгуливающих в салафитской униформе, состоящей из всклокоченной бороды, длинной рубахи и коротких штанов.
Серантонио описал ту радость, которую он испытал, когда Багдади 29 июня был провозглашен халифом. Месопотамия внезапно стала оказывать прямо-таки магнетическое воздействие на него и его друзей. «Я был в гостинице [на Филиппинах] и вдруг увидел заявление на телевидении, — сказал он мне. — Я был изумлен, и сразу подумал — почему я застрял здесь, в этой чертовой комнате?»
Последним халифатом была Османская империя, которая достигла пика своего развития в 16-м веке, а затем пережила длительный упадок, пока основатель Турецкой Республики Мустафа Кемаль Ататюрк не подверг ее в 1924 году эвтаназии. Однако Серантонио, как и многие другие сторонники ИГИЛ, не считает тот халифат законным, потому что там не исполнялись в полной мере исламские законы, требующие забивания камнями, рабства и отрубания конечностей, и потому что халифы там не были выходцами из племени пророка курайш.
Багдади во время своей проповеди в Мосуле пространно говорил о важности халифата. Он заявил, что возрождение халифата, который не функционировал около 1 000 лет (разве что номинально), является общей обязанностью мусульман. Он со своими преданными сподвижниками «поспешил провозгласить халифат и назначить имама» во главе нового образования. Багдади заявил: «Это долг мусульман, долг, который был утрачен на многие столетия … Мусульмане грешат, не исполняя его, но они должны постоянно стремиться к установлению халифата». Как и бен Ладен до него, Багдади выражался витиевато, часто ссылаясь на священные тексты и переходя на классическую риторику. Но он, в отличие от бен Ладена и фальшивых халифов Османской империи, курайшит.
Халифат, сказал мне Серантонио, это не только политическое образование, но и путь к спасению. Пропаганда ИГИЛ часто сообщает о том, как джихадистские группировки со всего мусульманского мира приносят ему клятву верности. Серантонио процитировал высказывание пророка о том, что умереть без клятвы верности значит умереть как джахиль (невежда) «смертью безверия». А теперь подумайте, что мусульмане (да и христиане, раз уж на то пошло) думают о том, как бог поступает с душами людей, которые умирают, не познав единственную истинную веру. Они не найдут спасения, но и прокляты тоже не будут. Точно так же, сказал Серантонио, признающий единого всемогущего Бога и совершающий намаз мусульманин не считается прожившим истинно мусульманскую жизнь, если он не даст клятву верности полноправному халифу и не исполнит обязательства этой клятвы. Я заметил, что в таком случае подавляющее большинство мусульман в истории и все, кто ушел из жизни в период с 1924 по 2014 год, умерли смертью безверия. Серантонио мрачно кивнул: «Я бы даже осмелился сказать, что халифат восстановил ислам».
Я спросил Серантонио о его собственной клятве, и он быстро поправил меня: «Я не говорил, что дал клятву верности». Он напомнил мне, что в соответствии с австралийским законодательством давать клятву верности ИГ противозаконно. «Но я согласен с тем, что Багдади отвечает требованиям, — продолжил он. — Я просто подмигну вам, а вы уже сами понимайте это, как хотите».
Чтобы стать халифом, надо соответствовать условиям, изложенным в суннитском законе: быть взрослым мусульманином мужского пола родом из племени курайш, показывать образец нравственной добродетели и честности, обладать физической и умственной полноценностью, а также авторитетом и властью («амр»). Соответствовать последнему критерию, заявил Серантонио, труднее всего. Для этого халиф должен обладать территорией, на которой он может вводить исламский закон. «Исламское государство» Багдади добилось этого задолго до 29 июня, заявил Серантонио. И как только оно сделало это, один новообращенный мусульманин с Запада (Серантонио назвал его «одним из лидеров ИГ») начал разговоры о моральном обязательстве провозгласить халифат. Он и другие люди тихо разговаривали с членами руководства и убеждали их, что дальнейшие проволочки это грех.
По словам Серантонио, возникла целая фракция, готовая объявить войну группировке Багдади, если та и дальше будет тянуть время. Она подготовила письма на имя влиятельных членов ИГИЛ, выражая свое недовольство отказом назначить халифа. Но их примирил отвечающий за внешние связи Аднани, который по секрету рассказал этим людям, что халифат уже был провозглашен задолго до публичного заявления об этом. У них был полноправный халиф, и в тот момент имелся только один вариант. «Если он законный халиф, — сказал Серантонио, — люди должны принести ему клятву верности».
После июльской проповеди Багдади джихадисты, у которых появилась новая мотивация, начали ежедневно прибывать в Сирию в массовом порядке. Немецкий публицист и бывший политик Юрген Тоденхефер (Jürgen Todenhöfer), побывавший в декабре в «Исламском государстве», сообщал о том, что всего за два дня на один из вербовочных пунктов на турецкой границе прибыло 100 боевиков. Его репортаж, как и материалы других авторов, свидетельствуют об устойчивом наплыве иностранцев, готовых отказаться от всего, что у них есть дома, ради рая в худшем месте на земле.

 
 
Бернард Хейкел (Bernard Haykel), ведущий специалист по идеологии ИГИЛ. Считает, что группировка пытается воссоздать самый ранний ислам и добросовестно воспроизводит его нормы войны. (Peter Murphy)
 
За неделю до обеда с Серантонио я встретился в Лондоне с тремя бывшими членами запрещенной исламистской группировки «Аль-Мухаджирун» («Эмигранты»): Анджемом Чаудари (Anjem Choudary), Абу Бараа (Abu Baraa) и Абдулом Мухидом (Abdul Muhid). Все они выразили желание эмигрировать в «Исламское государство», что уже сделали многие их коллеги, однако власти конфисковали их паспорта. Подобно Серантонио, они считают халифат единственным праведным государством на земле, хотя ни один из них не признался, что принес ему клятву верности. Главная цель встречи для них состояла в разъяснении того, за что выступает ИГ, и как его политика отражает закон Всевышнего.
48-летний Чаудари бывший лидер «Аль-Мухаджирун». Он часто появляется в новостях на кабельном телевидении, ибо продюсеры могут рассчитывать на то, что этот человек будет яростно отстаивать «Исламское государство», пока ему не отключат микрофон. В Британии у него репутация отвратительного балабола, но он со своими последователями искренне верит в «Исламское государство», и по вопросам доктрины говорит голосом этой организации. Чаудари и его товарищи весьма заметны в твиттеровских фидах членов и жителей «Исламского государства», а Абу Бараа ведет в YouTube целый канал, на котором отвечает на вопросы о шариате.
С сентября эта тройка находится под следствием, поскольку власти подозревают их в поддержке терроризма. Из-за этого расследования мне пришлось встречаться с ними по отдельности, так как общение между собой считается для них нарушением условий выхода под залог. Но когда я поговорил с ними, у меня возникло ощущение, что я беседовал с одним и тем же человеком, надевавшим разные маски. С Чаудари я встретился в кондитерской в лондонском пригороде Илфорд. Он был одет в опрятную накрахмаленную тунику синего цвета, доходившую ему до щиколоток, и во время беседы потягивал Red Bull.
До возникновения халифата «в нашей жизни отсутствовало, наверное, 85 процентов шариата», сказал мне Чаудари. «Эти законы не действовали, пока у нас не появился халифат, а теперь он у нас есть». Например, без халифата отдельные блюстители исламского порядка не имеют права отрубать руки ворам, если застанут их на месте преступления. Но стоит создать халифат, и его закон сразу оживет вместе с другой правовой практикой. В теории все мусульмане обязаны иммигрировать на ту территорию, где халиф применяет эти законы. Один из лучших учеников Чаудари по имени Абу Румайса (Abu Rumaysah), перешедший в ислам из индуизма, в ноябре обманул полицию и перевез всю свою семью из пяти человек из Лондона в Сирию. В тот день, когда я встречался с Чаудари, Абу Румайса разместил в Твиттере свою фотографию, где он позирует с автоматом Калашникова и новорожденным сыном на руках.
Халиф обязан претворять в жизнь законы шариата. Любое уклонение от этих обязанностей требует, чтобы принесшие ему клятву верности люди в частном порядке проинформировали его о допущенных ошибках. В крайнем случае, если халиф будет упорствовать, они должны предать его анафеме и сместить. («Меня мучает и беспокоит этот важный вопрос, эта огромная ответственность», — сказал Багдади в своей проповеди.) Соответственно, халиф требует подчинения, а тех, кто упорно поддерживает немусульманские государства, должным образом информируют о совершенных ими грехах и требуют исправления. Если эти люди не исправятся, их объявляют вероотступниками.
По словам Чаудари, существует неверное представление о шариате, потому что в таких странах как Саудовская Аравия его законы применяются не в полном объеме. Там не отрубают головы убийцам и не отрезают руки ворам. «Проблема заключается в том, — объяснил он, — что когда такие страны как Саудовская Аравия просто исполняют уголовный кодекс, не обеспечивая социальную и экономическую справедливость по шариату в полном объеме, они просто усиливают ненависть в отношении мусульманского закона». По его словам, полный объем означает бесплатное жилье, еду и одежду для всех, хотя конечно, любой желающий обогатиться собственным трудом может это делать.
32-летний Абдул Мухид повел разговор примерно в том же духе. Когда я встретился с ним в местном ресторане, он был в шикарном образе моджахеда: нечесаная борода, афганская шапка и бумажник поверх одежды в какой-то сумке, напоминавшей наплечную кобуру. Когда мы сели за стол, он начал с энтузиазмом рассуждать о социальном обеспечении. «Исламское государство» хоть и применяет средневековые наказания за преступления против нравственности (порка за пьянство и блуд, забивание камнями за супружескую измену), но его программа социального обеспечения в некоторых аспектах настолько прогрессивна, что не может не понравиться умным головам с телеканала MSNBC. Здравоохранение, заявил Мухид, бесплатное. («А в Британии разве нет?» — спросил я. «Не совсем, — ответил он. — Некоторые вещи не застрахованы, скажем, зрение».) По его словам, социальное обеспечение это не политический выбор ИГИЛ, а политическое обязательство, изначально присутствующее в шариате.



Анджем Чаудари (Anjem Choudary), самый известный защитник исламского государства в Лондоне. Заявляет, что распятия и обезглавливания — священные требования. (Tal Cohen / Reuters)
 
Апокалипсис
Все мусульмане признают, что Аллах единственный, кто знает будущее. Но они также согласны с тем, что он дает нам возможность мельком взглянуть на будущее в Коране и в повествованиях пророка. «Исламское государство» отличается от многих джихадистских движений своей верой в то, что это центральное положение божьего умысла. В этом ИГ очень сильно отличается от своих предшественников, и оно откровеннее всех заявляет о религиозном характере своей миссии.
Если нарисовать картину широкими мазками, «Аль-Каида» действует как подпольное политическое движение, постоянно имея в виду мирские цели – изгнание немусульман с Аравийского полуострова, уничтожение израильского государства, прекращение поддержки диктатур в мусульманских землях. У ИГ тоже есть некоторые задачи мирского характера (включая уборку мусора и снабжение водой на подконтрольных ему территориях), но лейтмотив его пропаганды это конец света. Бен Ладен редко говорил об апокалипсисе, а когда делал это, как будто хотел показать, что умрет задолго до этого славного момента заслуженной кары Всевышнего. «Бен Ладен и Завахири из семей суннитской элиты, свысока смотрящих на такого рода предположения и считающих, что это занятие для масс», — говорит Уилл Маккантс (Will McCants) из Института Брукингса, пишущий книгу об апокалиптических идеях «Исламского государства».
В последние годы американской оккупации Ирака непосредственные отцы-основатели ИГИЛ, напротив, во всем видели знаки конца времен. Они ждали, что уже через год явится Махди — мессианская фигура, призванная повести за собой мусульман к победе перед концом света. По словам Маккантса, один видный исламист в Ираке в 2008 году предупредил бен Ладена, что эту группу возглавляют хилиасты, «постоянно твердящие о Махди и принимающие стратегические решения», исходя из времени явления Махди, которое они определяют на основании собственных оценок. ««Аль-Каиде» пришлось написать этим лидерам и сказать, чтобы те прекратили эти разговоры», — говорит Маккантс.
Для некоторых истинно верующих людей (тех, кто жаждет эпических битв между добром и злом) мысленные образы кровавой бойни являются глубокой физиологической потребностью. Из числа сторонников ИГ, с которыми я встречался, австралиец Муса Серантонио проявлял самый глубокий интерес к апокалипсису и к тому, как будут выглядеть последние дни «Исламского государства» и всего мира. Отчасти эти предсказания являются его творением, и у них пока нет статуса доктрины. А отчасти они основаны на суннитских источниках основного направления и появляются повсюду в пропаганде ИГ. Среди них вера в то, что будет только 12 законных халифов, и Багдади среди них восьмой; что армии Рима встретятся с армиями ислама в северной Сирии; и что последняя битва ислама с Даджалем (антихрист в исламской традиции) произойдет в Иерусалиме после очередного периода исламских завоеваний.
«Исламское государство» придает огромное значение сирийскому городу Дабик, что недалеко от Алеппо. Название этого города получил его пропагандистский журнал. ИГИЛ дико радовался, когда его боевикам удалось (большой ценой) захватить равнины Дабика, не имеющие никакого стратегического значения. Именно здесь, как говорил пророк, армии Рима разобьют свой лагерь. Их встретят армии ислама, и Дабик станет римским Ватерлоо или Энтитемом.
«Дабик это по сути целиком поля и пастбища, — сообщил в Твиттере один сторонник ИГИЛ. — Можно себе представить, какие крупные сражения здесь пройдут». Пропагандисты «Исламского государства» пускают слюни в предвкушении этого события и постоянно намекают, что наступит оно скоро. Журнал ИГ цитирует Заркави, который сказал: «Искра вспыхнула здесь, в Ираке, и пламя от нее будет усиливаться … пока не сожжет армии крестоносцев в Дабике». В вышедшем недавно пропагандистском видео показаны кадры из голливудских фильмов о средневековых войнах — наверное, в связи с тем, что во многих пророчествах говорится о конных армиях с древним оружием.
Сейчас, когда ИГ взяло Дабик, оно ждет пришествия вражеской армии, разгромив которую, «Исламское государство» положит начало отсчету времени до апокалипсиса. Западные СМИ редко замечают упоминания о Дабике в видеозаписях ИГ, и вместо этого зацикливаются на жутких сценах с обезглавливанием. «Мы здесь, мы хороним первого американского крестоносца в Дабике, и с нетерпением ждем прибытия сюда всех ваших армий», — заявляет в ноябрьском видео палач в маске, показывая отрезанную голову сотрудника организации помощи Питера (Абдул Рахмана) Кэссига (Peter (Abdul Rahman) Kassig), которого удерживали в плену более года. Во время декабрьских боевых действий в Ираке, когда моджахеды сообщили о том, что видели в бою американских солдат (возможно, ошибочно), твиттеровские аккаунты ИГ просто взорвались спазмами удовольствия подобно тому, как счастливые хозяева радуются прибытию первых гостей.
В повествованиях пророка, предрекающих битву при Дабике, врагов называют римлянами. Спорным является вопрос о том, что такое «Рим», поскольку сейчас у папы нет армии. Но Серантонио считает, что Рим означает Восточную Римскую империю, или Византию, столицей которой был сегодняшний Стамбул. Мы должны считать Римом Турецкую Республику — ту самую, которая 90 лет назад положила конец последнему самозваному халифату. Другие источники ИГ говорят о том, что Рим может означать армию кафиров. Под это название прекрасно подойдут американцы.
По словам Серантонио, после битвы при Дабике халифат расширится и захватит Стамбул. Кто-то считает, что затем он распространится на всю планету, однако Серантонио полагает, что он может никогда не перейти на другой берег Босфора. Антимессия Даджаль придет из Хорасана, что на востоке Ирана, и убьет огромное количество воинов халифата. Их останется всего 5 тысяч, окруженных в Иерусалиме. И вот когда Даджаль уже будет готов покончить с ними, на землю вернется Иисус, второй самый почитаемый пророк в исламе. Он пронзит Даджаля копьем и поведет мусульман к победе.
«Один Всевышний знает», являются ли армии «Исламского государства» теми, о которых гласят пророчества, заявляет Серантонио. Но у него есть надежда. «Пророк говорил: одним из знаков приближения конца времен станет то, что люди надолго прекратят разговоры о конце света, — сказал он. — Если вы сейчас пойдете по мечетям, то обнаружите, что проповедники хранят молчание на эту тему». Согласно этой теории, даже те неудачи, которые потерпело «Исламское государство», ничего не значат, поскольку Всевышний все равно предначертал своему народу почти полное уничтожение. Так что «Исламское государство» впереди ожидают его лучшие и худшие дни.

Абу Бакр аль-Багдади был объявлен халифом его последователями летом 2014 года. Создание халифата вызвало к жизни те разделы законов Корана, которые требуют от мусульман, поклявшихся в верности халифу, переехать в халифат. (AP)

Львов!

Львов!

Оригинал взят у stop_the_ussr в Сталинград
В 1940-1941 гг., до вступления Вермахта в Львов, НКВД СССР эффективно использовало детей, как средство давления на матерей, находящихся под следствием по обвинению в связях с украинским Движением сопротивления советской оккупации - ОУН. Уничтоженным в качестве заложников детям было от одного дня до двух лет. Еще двум мальчикам было 15 и 17 лет. Их матери в конце 1940-х годов находились под следствием в тюрьмах на Замарстыновской и на «Бригидках» в оккупированном Советами Львове, - сообщает украинская редакция "Радіо Свобода"
Памятник замученным НКВД в тюрьмах Львова в 1940-1941 годах украинским детям установлен на Яновском клабище города Львова.
Детей энкаведисты тайно вывезли из тюрем и ЗАЖИВО закопали на удаленном поле на Яновском кладбище. Об этом рассказал Радио Свобода председатель Львовского областного общества политических узников и репрессированных, бывший малолетний политзаключенный Петр Франко.
«О том, что на Яновском кладбище похоронены дети, я узнал от пожилого мужчины. Мне повезло тогда как помощнику депутата попасть в архив и изучить многочисленные материалы о смерти тех детей. И тогда я понял, что в братской могиле на Яновском кладбище похоронены дети из двух тюрем, «Бригидки» и Замарстиновской», - заметил Петр Франко.
В 1940-1941 годах сотрудники НКВД арестовывали беременных женщин, которые подозревались в связях с ОУН, или просто не воспринимали оккупационный советский режим. Женщины рожали в ужасных условиях. Следователи били об стол младенцами, чтобы из матерей выбивать показания, говорит Петр Франко.
Когда немецкие войска вошли на территорию Львовщины в июле 1941 года, они открыли тюрьмы, и от увиденного львовяне ужаснулись: прибиты к двери детские тела, трупы и кровь. С того времени сохранились фотографии, сделанные немецкими властями, которые эти материалы также использовали в своей пропаганде.
Блаженного отца Украинской Греко-католической церкви о. Зиновия Ковалика в 1941 году энкаведисты не только распяли, но и в живот положили младенца, с целью выбивания показаний из остальных подозреваемых в антисоветской деятельности львовян.
Во Львове в 1941 году было 8 мест пыток людей. Кровавым для осужденных был июнь 1941-го.
Трагедия убитых советским НКВД детей в львовских тюрьмах в 1941 году не является до конца исследованной. Ведь до сих пор не рассекречены архивные документы МВД СССР, в частности, административно-тюремного управления, отмечает директор львовского музея «Тюрьма на Лонцкого» Руслан Забилый.
В музее есть список более 1600 расстрелянных людей, но сколько из них несовершеннолетних, пока не выяснено. «Нужно проводить научно-поисковую работу, работать в архивах. Обычно женщины рожали в тюрьме на Лонцкого, но мы не знаем судьбы тех детей. Возможно, их забирали в тюрьмы специализированные. Хотя в тот момент творились такие жестокие вещи, что и факты убийства детей тоже были », - отметил Забилый.